MedBookAide - путеводитель в мире медицинской литературы
Разделы сайта
Поиск
Контакты
Консультации

Оден М. - Кесарево сечение: безопасный выход или угроза будущему

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
<<< НазадСодержаниеДальше >>>

Пфанненштиль и революция бикини

С тех пор, по мере дальнейших усовершенствований, кесарево сечение становилось все безопаснее и воспринималось как все более допустимое. До конца 60-х годов кожный разрез делался одинаково: вертикально от пупка до лона. Это было легко, быстро и безопасно. Несмотря на то, что порой после вертикального разреза на коже оставался толстый грубый красный рубец, этот вид разреза брюшной стенки считался приемлемым, так как кесарево сечение делали редко, по жизненным показаниям. Когда же роды «верхним путем» вошли в повседневную практику, стали приниматься в расчет и эстетические соображения, особенно когда в пляжной моде настала эра бикини.

Еще в 1900 году Герман Пфанненштиль, хирург-гинеколог из Бреслау (Германия) описал технику горизонтального разреза брюшной стенки в надлобковой области2. Довольно скоро «разрез по Пфанненштилю» вошел во все учебники по хирургии, и многие врачи применяли его при различных гинекологических операциях. Однако еще долгие годы мало кому из хирургов приходило в голову использовать этот доступ для помощи в родах: вполне владея этой техникой, они не считали ее подходящей для кесарева сечения. Первой причиной тому была необходимость оперировать как можно быстрее. Не будем забывать, что десятилетиями большинство хирургов преследовало цель: закончить операцию раньше, чем препарат для общей анестезии попадет к малышу. Это была своего рода гонка: хирург старался добраться до ребенка быстрее, чем обезболивающее вещество «доберется» до плаценты. Впрочем, была и еще одна подспудная причина: в 1960-е годы многие, в том числе и я, с трудом могли себе представить, как может ребенок пройти через узкий надлобковый разрез. Сделать кесарево сечение таким способом я, как и многие мои коллеги, решился только в конце 1960-х. Проведя с десяток таких операций, я убедился, что они занимают почти столько же времени, сколько классическая, с вертикальным разрезом. Без моего ведома медсестра засекла время операции: от разреза на коже до появления малыша на свет прошло 2 минуты и 10 секунд. Во времена моды на бикини женщины стали сравнивать шрамы от вертикального разреза (порою довольно уродливые) и маленькие, почти незаметные рубчики в области лобка: к рождению ребенка кесаревым сечением стали относиться как никогда благосклонно.

Эпоха эпидуральной анестезии

В 1980-е годы реорганизация больниц и появление новых врачебных специальностей шли рука об руку с внедрением новейших технологических достижений. История эпидуральной анестезии – одна из лучших тому иллюстраций.

Идея региональной (действующей в пределах лишь ограниченной части тела) нервной блокады вообще, и эпидуральной блокады в частности, – не нова. Новизна лишь в том, насколько широко ее стали использовать при родовспоможении. Обезболивающий препарат через тонкую трубочку-катетер, вводимую посредством специальной иглы (после обезболивания кожи спины местным анестетиком), поступает в пространство между спинным мозгом и его внешней оболочкой. После 1980 г. спрос на такую процедуру взлетел так стремительно, что большинству анестезиологов пришлось научиться использовать ее во время родов. Так популярность эпидуральной анестезии в родовспоможении послужила причиной возникновения новой медицинской субспециальности – акушерской анестезиологии. Каждодневное применение эпидуральной анестезии в родах выявило новые обстоятельства. Все чаще возникали случаи, когда решение прибегнуть к кесареву сечению принималось уже во время действия эпидуральной анестезии. И тут преимущества местного обезболивания перед общим стали очевидными, ведь мама оставалась в сознании во время операции и сразу после нее.

Развитие акушерской анестезиологии, в свою очередь, подстегнуло технологический прогресс. При обычной эпидуральной анестезии, наряду с прочими, блокируются также двигательные нервы, управляющие мышцами нижней части тела, и женщина не может шевелить ногами. С учетом этого позднее были разработаны более совершенные формы для этого вида обезболивания. Появилась возможность существенно снизить дозу местного анестетика, используя сочетание его с одним из препаратов группы морфина (опиатом) – таким, как фентанил. Благодаря этому женщина в родах может не только шевелить ногами, но даже ходить. Эта разновидность обезболивания стала известна под названием «мобильной эпидуральной анестезии» («walking epidural»). Еще одна широко распространенная форма обезболивания – комбинированная спинально-эпидуральнаяСноска анестезия. В этом варианте одна-единственная доза опиата, в сочетании с местным анестетиком или без него, вводится непосредственно в спинномозговой канал, вблизи окончания спинного мозга. Это снимает боль примерно на два часа, а если возникает необходимость в дополнительном обезболивании, то его дают в виде эпидуральной анестезии. Так как внутри спинномозгового канала нет кровеносных сосудов, действующие вещества не поступают в общий кровоток матери. Сегодня технически простое спинальное обезболивание часто применяется при плановых операциях кесарева сечения.

Главным следствием подобных достижений анестезиологии является то, что кесарево сечение становится все более и более приемлемым и безопасным.

Скальпелем или пальцами?

Техника кесарева сечения постоянно совершенствуется. В 1990-е годы группа врачей во главе с Михаэлем Старком из иерусалимской больницы Мисгав-Ладах разработала технику, основанную на так называемом «разрезе по Джоэлу-Коэну» (Joel-Cohen incision), который изначально применялся для гистерэктомии (удаления матки)3. Методика кесарева сечения по Джоэлу-Коэну-Старку существенно ограничивает применение режущих инструментов, тогда как основная часть манипуляций делается руками. Одна из целей, поставленных авторами метода, – исключить все действия, без которых можно обойтись. Имеет смысл рассказать об этой технике подробнее, чтобы и медики, и неискушенные читатели смогли понять ее преимущества (операция проходит быстрее, меньше кровопотеря)4.

Разрез кожи делается, как обычно, горизонтально над лобком. Первое отличие от общепринятой техники: подкожный жировой слой рассекается скальпелем посередине горизонтальной линии лишь на 2-3 см в длину, так, чтобы потом разделить ткани по обе стороны от разреза путем растягивания двумя пальцами. При этом мы избегаем ранения мелких кровеносных сосудов. Аналогично поступают с фасциями, покрывающими мышцы: в них делают небольшой надрез и разнимают пальцами вдоль волокон. Мышечные волокна разделяют, растягивая их в стороны. Брюшину вскрывают, растягивая двумя указательными пальцами. Матку вскрывают также указательным пальцем, затем расширяют отверстие указательным пальцем одной руки и большим пальцем другой. После рождения ребенка и плаценты через это отверстие можно вывести матку на брюшную стенку. Удобство заключается в том, что матка в этом случае оказывается в поле зрения, и наложить швы можно с максимальной надежностью. Далее ушиваются только фасция и кожа. Сегодня хорошо известно, что брюшина срастается быстрее и лучше, если на нее не накладывать швы5.

Результаты многочисленных наблюдений подтвердили, что техника Михаэля Старка сокращает кровопотерю и длительность операции. Так, по данным шведских ученых, роженица при этом теряет в среднем 250 мл крови (против 400 мл при обычной технике). Время операции – в среднем 20 минут против 28 минут при обычном кесаревом сечении6. Это еще одно свидетельство того, что безопасность кесарева сечения становится все выше.

В особых случаях, когда матери ВИЧ-инфицированы, главная наша забота – оградить ребенка от заражения. Сейчас вводится в обиход адаптированная к подобным ситуациям техника «гемостатического кесарева сечения», при которой новорожденный появляется на свет совершенно чистым, без малейшего контакта с материнской кровью.

Можно ли просчитать безопасность кесарева сечения?

Специалисты в области родовспоможения считают, что в современных условиях кесарево сечение – в целом безопасная операция. Примечательно, что для рождения собственных детей многие женщины акушеры-гинекологи предпочитают именно этот метод. Однако статистически оценить уровень безопасности нелегко. Золотое правило, которым следует руководствоваться при медицинских исследованиях, когда нужно сравнить два возможных способа лечения, два метода ведения больных или две стратегии – принцип рандомизации. Он заключается в следующем: обследуемых случайным образом делят на две группы. В первой группе применяется один клинический метод, во второй – другой. В дальнейшем, на этапе обработки данных, оценивают соотношение риски – преимущества для каждого из методов и все это описывают языком статистики. По понятным причинам нельзя одной группе женщин объявить, что им придется рожать вагинальным путем, а другой, также выбранной наугад, – что им сделают кесарево сечение.

Тем не менее, определенные выводы можно делать и из исследований со случайной выборкой, которые не имели непосредственной цели выяснить, насколько часто у матерей возникают осложнения. В одной из таких работ сравнивались две стратегии: плановое кесарево сечение и попытка родоразрешения через естественные пути при доношенной беременности с тазовым предлежанием. Исследованием было охвачено более 2000 беременных женщин в 121 больнице 26 стран7. Частота серьезных осложнений у женщин в обеих группах оказалась приблизительно одинаковой. Схожие выводы можно сделать и из другого исследования 436 женщин, целью которого было выяснить, какова вероятность передачи вируса СПИД от матери новорожденному в зависимости от того, проводились роды путем планового кесарева сечения или через естественные родовые пути8.

Приведенные результаты подтверждаются также масштабным исследованием датских ученых9, изучивших истории родов 15441 датчанки, рожавшей первого ребенка в тазовом предлежании в 1982-1995 гг. Из них 7503 женщинам было сделано плановое кесарево сечение, 5575 – экстренное кесарево сечение и 2363 женщин рожали через естественные родовые пути. Вопреки устоявшемуся мнению, частота кровотечений и анемии после планового кесарева сечения и после родов через естественные родовые пути оказалась одинаковой 5,7%, несколько выше она была при операциях экстренного кесарева сечения 7%. Тромбоэмболические осложнения после кесарева сечения встречались в 0,1% случаев. С другой стороны, в 1,7% случаев вагинальные роды приводили к разрыву анального сфинктера с последующим недержанием кала. Обычно авторы подчеркивают, что все хирургические вмешательства чреваты риском ранения какого-либо органа, не имеющего непосредственного отношения к данной операции. Статистика этих исследований, однако, свидетельствует, что лишь в нескольких случаях имели место ранения мочевого пузыря (в 0,1% случаев при плановом кесаревом сечении и 0,2% при – экстренном). Подчеркнем особо, что целостность этого органа можно немедленно и с легкостью восстановить в ходе той же операции. Если использовать техники, ограничивающие применение острых инструментов, то риск подобных повреждений будет еще ниже. В вышеупомянутом исследовании не было ни одного случая, когда для остановки кровотечения хирургам бы пришлось прибегнуть к удалению матки. Современная методика кесарева сечения исключает попадание в брюшную полость чужеродных материалов (например, марли), и это значительно снижает риск возникновения послеоперационных спаек и, как следствие, – кишечной непроходимости. Вероятно, в ближайшем будущем обычным делом станет инсталляция (закапывание) в пространство брюшины специальных веществ, предотвращающих образование спаек.

Трудно поддается оценке и уровень смертности женщин в родах: здесь также исследование путем случайной выборки невозможно. Судя по большинству статистических отчетов, материнская смертность после кесарева сечения в три-четыре раза выше, чем после вагинальных родов10. Впрочем, к этим данным нужно относиться осторожно, так как у многих женщин необходимость в кесаревом сечении вызвана проблемами со здоровьем, неблагополучным течением беременности или осложнениями в родах. Каждый из этих факторов уже сам по себе обусловливает повышенную материнскую смертность. К тому же, чтобы достоверно оценить уровень материнской смертности в развитых странах, нужно проанализировать исходы не менее 100 тысяч родов. А в случае развивающихся стран, и в особенности их сельских районов (в частности, в странах, расположенных к югу от Сахары11,12) – подходы должны быть другими, так как смертность после кесарева сечения там порой в 100 раз выше, чем в странах с высоким уровнем жизни.

Так или иначе, сегодня можно утверждать, что в современных хорошо оборудованных и организованных больницах развитых стран роды путем кесарева сечения и роды через естественные родовые пути мало отличаются в отношении безопасности.

Глава 4 Разорвать порочный круг

Потребности, о которых забыли

Безопасность кесарева сечения – предпосылка его широкого применения при родах, но не первопричина. Первопричиной все растущего распространения этого акушерского вмешательства, несомненно, является всеобщее культурно обусловленное непонимание того, что прежде всего нужно женщине в родах. Станет понятнее, почему об этих ключевых потребностях забыли, если вспомнить некоторые факты истории. Тысячелетиями культурная среда диктовала, как надо правильно рожать. Затем настало столетие индустриализации в родовспоможении, после чего распространились «методы» так называемых «естественных родов» (как будто вообще могут сочетаться слова «метод» и «естественный»!) Появилась и надежная техника кесарева сечения, позволяющая рожать иным путем, нежели вагинальный.

Ни одна из известных нам культурных моделей не поможет нам заново осознать потребности рожающей женщины. В большинстве традиционных сообществ культурная среда оказывает свое влияние: те, кто помогают в родах, более или менее активно, зачастую насильственно, вмешиваются в физиологические процессы; также вносят свою лепту убеждения и ритуалы. Скажем, во многих сообществах укоренилось убеждение, что помощница должна немедленно после рождения ребенка перерезать пуповину. Бытует мнение, что это предохраняет новорожденного от «опасного» молозива и от других «вредных» воздействий кожного и зрительного контакта матери и ее ребенка.

Именно поэтому нужно обратиться к языку современных физиологов и взглянуть на все с их точки зрения. Таким образом, изучая функции организма, мы вернемся к корням, найдем нечто универсальное, не знающее культурных различий, и заново откроем ключевые потребности женщины в родах. Тогда станет понятно, почему все чаще врачи прибегают к кесареву сечению. Причины здесь – непонимание физиологических процессов, а вовсе не электронный мониторинг плода или опасение судебных исков, недостаток акушерок и изменившийся взгляд на их роль, все более частое применение методов родовозбуждения и эпидуральной анестезии или иные аспекты индустриализации родов в целом. А безопасность кесарева сечения в наши дни, в свою очередь, снижает и без того слабый интерес к физиологии родов.

Открыть заново

Чтобы разорвать этот порочный круг, взглянем на роженицу с точки зрения современного физиолога.

Это побудит нас обратить внимание на самую активную часть ее организма, а именно – на эволюционно древнейшие части мозга – гипоталамус и гипофиз. Все гормоны, регулирующие течение родов, выделяются именно этими двумя железами. Итак, физиолог в первую очередь будет рассматривать эти древние отделы человеческого мозга, совершающие огромную работу в процессе родов, выделяя целый поток гормонов. Нам сегодня известно, что если в процессе родов или в любом эпизоде сексуальной жизни возникает торможение, то источник его следует искать в «новом мозге» – той части головного мозга, которая чрезвычайно развита у человека и которую нередко называют «мозгом интеллекта», или «мыслящим мозгом». Более правильное его название – новая кора, или неокортекс.

Если мы хотим заново открыть, что нужно абсолютно любой женщине в родах, то путь к разгадке – понять и объяснить то, что хорошо известно матерям и акушеркам, у которых есть опыт родов без вмешательств. Если женщина рожает, предоставленная сама себе, без медикаментозных средств, то настает момент, когда она явно стремится оторваться от окружающего мира, словно отправляется «на другую планету». Она позволяет себе то, о чем и не помыслила бы в повседневной жизни, – например, кричать или браниться. Она может принимать самые неожиданные позы, издавать самые непривычные звуки. Все это говорит о том, что контроль со стороны неокортекса ослаблен. Уменьшение активности неокортекса – важнейший аспект физиологии родов с практической точки зрения. Из этого следует вывод, что роженицу надо, прежде всего, оградить от любой ненужной стимуляции неокортекса. Итак, простое правило:

ИЗБЕГАТЬ СТИМУЛЯЦИИ НЕОКОРТЕКСА!

Чтобы использовать правило на практике, следует разобраться, что оно подразумевает. Рассмотрим общеизвестные факторы, способные возбуждать неокортекс человека, и постараемся их избегать:

• Язык, и особенно язык рациональный. Когда мы общаемся при помощи слов, неокортекс анализирует то, что мы воспринимаем. Отсюда – одно из важнейших качеств хорошей акушерки: умение быть сдержанной и немногословной, в особенности не задавать вопросов, которые требуют точного ответа. Представим себе, что идет активный период схваток и женщина уже «там, на другой планете». Она позволяет себе кричать, делать вещи, ранее немыслимые для нее. Она забыла то, чему ее учили, о чем она читала в книгах, она потеряла представление о времени – и вдруг ее спрашивают, в котором часу она последний раз мочилась. Типичный пример мощной стимуляции неокортекса! Кажется, это так просто. Но сколько еще пройдет времени, прежде чем акушеры вновь осознают эту истину: помогать нужно как можно молчаливее!

• Свет также имеет свойство стимулировать неокортекс. Специалисты по электроэнцефалографии знают, что при стимуляции зрительных реакций самописец отражает возрастание активности головного мозга. Обычный способ снизить активность мыслительной деятельности и помочь человеку уснуть – это прикрыть занавесками окно и выключить свет. Это означает, что с точки зрения физиологии, рассеянный неяркий свет будет заведомо облегчать процесс родов. И снова – многих медиков еще придется долго убеждать в том, что это так серьезно. Примечательно, что женщина, которая уже «на другой планете», помимо своей воли принимает то положение, которое предохраняет ее от излишних зрительных раздражителей. Например, встает на колени и локти, словно молится. Эта распространенная поза в родах не только облегчает боли в пояснице – она дает и другие положительные эффекты: устраняет один из источников страдания плода – сдавление крупных сосудов вдоль позвоночного столба, а также способствует повороту его головки.

• Ощущение женщины, что за ней наблюдают, также стимулирует неокортекс. Физиологические реакции на присутствие наблюдающего детально исследованы учеными. Всем известно, что мы чувствуем себя иначе, когда за нами следят. Другими словами, обстановка интимности, уединения (privacy) — фактор, способствующий снижению контроля со стороны неокортекса. Интересно, что все млекопитающие – а у них неокортекс развит меньше, чем наш – стараются производить потомство подальше от посторонних глаз. Те виды, которые ведут ночной образ жизни (например, крысы), рожают детенышей преимущественно днем, а животные, которые активны в дневное время (скажем, лошади), – ночью. Дикие козы уходят для этого в самые недоступные районы гор. У шимпанзе, наших ближайших родственников, самки на время родов покидают стаю. Итак, одна из ключевых потребностей роженицы – уединиться, не быть ни у кого на виду. Таким образом, для нее существенна разница между поведением акушерки, все время стоящей перед нею и внимательно на нее смотрящей, и сдержанным поведением другой, которая тихо сидит в уголке. Именно поэтому следует также по возможности избегать использования любого аппарата, который женщина может воспринять как инструмент наблюдения, будь то видеокамера или прибор для электронного мониторинга плода.

<<< НазадСодержаниеДальше >>>

medbookaide.ru