MedBookAide - путеводитель в мире медицинской литературы
Разделы сайта
Поиск
Контакты
Консультации

Оклендер В. - Окна в мир ребенка

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
<<< НазадСодержаниеДальше >>>

D . W. Winnicott [52] описывает метод для установления контакта с детьми с использованием того, что он называет сквигл-игрой. Его метод заключается в том, чтобы сесть вместе с ребенком за стол, положив перед собой два карандаша и бумагу. Терапевт закрывает глаза, изображает сквигл на бумаге и предлагает ребенку превратить его во что-нибудь, а ребенок в свою очередь делает для терапевта изображение, которое тот превращает во что-то. По мере продолжения игры они рассказывают друг другу о содержании своих картинок и обо всем, что они об этом думают. По данным исследований D. W. Winnicott очевидно, что в результате оригинального метода использования старой игры возникает огромное количество способов общения.

Цвета, кривые и прямые лини, формы Мне нравится побуждать детей постарше, подростков и взрослых изображать свои чувства и ассоциации в цветах, кривых и прямых линиях, разнообразных формах. Я предлагаю им отказаться от изображения реальных вещей и перейти К выражению чувства. Один из методов, которые я для себя открыла и успешно применяю,— попросить человек или группу посмотреть на какую-нибудь вещь, представляющуюся мне очень красивой. Я могу использовать в частности цветок, лист, растение, раковину, закат солнца, если это доступно, или живопись. Любой предмет (например игрушка или предметы домашнего быта) вызовет выражение каких-нибудь чувств.

Я также могу предложить послушать отрывок прекрасного музыкального произведения.

Иногда людям необходимо потренироваться, чтобы заставить себя расслабиться, довериться своим собственным чувствам и выражать эти чувства. Я прошу детей: «Нарисуйте картинку о том, как вы чувствуете себя каждый день в определенное вами время. Принесите картинки с собой на следующее занятие, и мы посмотрим их». Вероятно, сначала я предложу им сделать это вместе со мной. «Закройте глаза и осознайте, как вы себя чувствуете, как чувствует себя ваше тело. Как меняется ваше настроение, меняются ваши телесные ощущения. Посмотрите, каково вам сейчас. Затем выразите это на бумаге, используя только цвета, линии и формы». Я часто делаю это сама, чтобы дать детям примеры того, о чем я спрашиваю их.

Групповой рисунок Иногда у меня бывает семья или двое детей, или даже один ребенок, с которыми я вместе рисую картинку на одном листе. «Изобразите просто ряд кругов, разнообразных форм и цветов на листе бумаги. Понаблюдайте, как вы чувствуете себя, занимаясь этим. Я буду наблюдать за всем происходящим, а затем мы обсудим результаты». Иногда возникает борьба за пространство на бумаге, и интересно наблюдать, как решается эта проблема. Уступает ли один дорогу другому, существует ли согласие, вторгается ли один на территорию другого? Детям постарше может быть дана инструкция выполнять это упражнение молча, в то время как с детьми младшего возраста нужно разговаривать. Я могу спросить: «Какие чувства возникают у вас, когда вас вытесняют из вашего пространства? Испытываете ли вы такого рода чувства в жизни? Чувствуете ли вы себя подобным образом дома?». Состояние ребенка во время этого упражнения часто достаточно хорошо отражает его состояние в жизни.

Я прошу большую группу детей вместе нарисовать картинку. Существует несколько способов выполнения этого задания. Например, в группе из восьми детей я раздаю каждому по листу бумаги и прошу начать рисовать. Затем по моей команде рисование прекращается и лист бумаги передается следующему, который добавляет к картинке что-то свое. Цикл повторяется, пока не будут закончены все восемь рисунков. Затем можно рассматривать их и рассказывать о них. Дети получают удовольствие от этого упражнения. Они веселятся, рассказывая о том, какой им представляется картинка, и делятся впечатлениями о том, какие штрихи к групповой картинке они добавили.

Другой способ создания групповой картинки требует только одного листа бумаги, но каждый должен ждать, пока другой ребенок в свою очередь добавляет что-то к изображению. Как и при рассказе в групповом варианте, ребенок может рассказывать о том, что он делает, в то время как другие наблюдают за ним и слушают. Иногда я начинаю рисунок сама с какой-либо специфической темы. Или я начинаю с изображения линии, формы или пятна краски и рассказываю об этом. Один из детей продолжает рассказ, по ходу добавляя что-то к моему рисунку, и так по кругу. Опять-таки наиболее интересно здесь состояние каждого ребенка. Я могу начать так:

«Когда то здесь жил да был маленький красный кружок. Он был один в большом пространстве. Однажды...». В свою очередь ребенок может продолжить: «Однажды пришел фиолетовый квадрат и сказал кружку: «Не хотел бы ты поиграть со мной?». Кружок ответил: „Да", и они начали играть». Следующий ребенок говорит: «Зачем пришел большой черный треугольник и начал толкать кружок и квадрат?» (черные линии отходят от треугольника к кружку и квадрату, как бы выражая толчки). Когда рисунок закончен, я спрашиваю ребенка, который нарисовал кружок, как чувствовал себя кружок, когда его толкали, и толкал ли он когда-нибудь других в реальной жизни. Специфический материал, подобный этому, может и не раскрываться в групповом рисунке, но это не столь существенно. Важно то, что происходит при рисовании: сотрудничество в группе (или его отсутствие), терпение или нетерпение отдельного ребенка и т. д. Не следует также мешать шуткам, которые почти наверняка окажутся частью такого упражнения. Многие дети с проблемами эмоционального характера нуждаются в более радостных переживаниях для поддержания вкуса к жизни.

Рисунок на свободную тему Дети часто предпочитают рисовать или писать красками то, что хочется им самим, а не то, о чем их просят. Это не уменьшает ценности терапевтического процесса; важно то, что находится на переднем плане для самого ребенка.

Девятилетний Аллен нарисовал очень большого динозавра и говорил о своей огромной силе и могуществе, что резко контрастировало с беспомощностью, которую он испытывал в жизни.

Шестилетний Филипп нарисовал дом и автобус поблизости от него. Он рассказал очень детально разработанную историю о том, откуда автобус привез его.

Тодд, пяти лет, нарисовал большой цветок рядом с деревом (рис. 26). Я попросила его поговорить с ними. Он сказал: «Ха, дерево и цветок.,Я хочу говорить с вами. Ха, дерево и цветок. Я люблю вас. Вы растете большие и высокие. Не думаете ли вы, что в один прекрасный день я тоже вырасту большим и высоким?». Я записала его высказывания на картинке, пока он говорил, зачитала их ему после того, как он закончил рассказ. Мы обсудили его переживания, касающиеся его роста, и затем он попросил меня добавить к уже написанному ответ на его собственный вопрос: «Да».

Пятилетний Карл нарисовал несколько абстрактных форм. Он посмотрел законченный рисунок и продиктовал: «Это детский бассейн, а тот — для пап и мам, а также больших людей. Я буду ходить в большой бассейн, потому что я большой». От этого мы перешли к обсуждению того, как было, когда он был маленьким. «Я жил со своими мамой и папой». (В это время он жил у приемных родителей.) На следующем занятии он дал заключение к другой картинке. «Это большой бассейн для великана. В нем плавает великан. Это всё». Он восторгался тем, что становится великаном. Еще об одной картинке он сказал: «Это колорадский жук без глаз. Это краб. Это Кинг Конг. Это ядовитый паук. Он надоест некоторым людям и ребенок убьет его. Он не хочет стать убитым чудовищем». Карл начинал признавать и ощущать свое чувство гнева и обретать уверенность в своих силах.

Живопись Живопись обладает специфической терапевтической ценностью. Подобно тому, как растекается краска, часто ведут себя и эмоции. Дети получают удовольствие, когда они пишут красками. Они часто не имеют возможности возобновить этот опыт после того, как перестают посещать ясли и детский сад. Если они и рисуют красками, то только из маленьких баночек с акварелью. Дети любят свойство красок струиться и блеск различных цветов. Им нравится писать красками, и часто я предлагаю им, чтобы они просто изобразили краской что-нибудь, а я тем временем буду ждать и смотреть, что происходит.

Семилетняя Нэнси нарисовала небо с облаками и большой летящий самолет. Когда она закончила, мы говорили о ее рисунке и полете. Она подхватила кисть и сделала пятно из краски на одном из окон. «Это моя мама»,— сказала она. Я попросила ее рассказать побольше о том, куда направлялась ее мать. «Моя мама находится в самолете. Она куда-то летит, но я не знаю куда». Я попросила ее сказать что-нибудь своей матери в самолете. «Я не хочу, чтобы ты улетала и покидала меня». Я спросила ее, говорила ли она об этом своей матери когда-нибудь. (Она с матерью жили только вдвоем.) Тогда открылся ее страх быть покинутой. «Нет, я не говорила моей маме; я только один раз сделала это, и она сказала, что это глупо». Этот страх, который был связан с разводом родителей, дальним переездом и разлукой с отцом, а также другими близкими, должно быть, привнес многое в привычку Нэнси хныкать и ее потребность цепляться за мать. Когда я обеспечила выход ее чувствам и предоставила ей возможность убедиться в том, что эти чувства принимаются всерьез, удалось произвести на Нэнси огромное впечатление. Я посвятила этому несколько занятий, давая ей возможность сконцентрироваться на своих чувствах, предлагая ей рассказывать различные истории, рисовать картинки или разыгрывать сценки, в которых она изображала себя покинутой, или заставляя ее сочувствовать по этому поводу маленькой кукле и спрашивая ее, что она может сделать.

Поскольку оттенки, цвет и жидкая консистенция красок соответствуют состоянию чувств, я иногда прошу ребенка нарисовать картинку о том, как он чувствовал себя в тот или иной момент или как он чувствует себя, когда печален или весел. По-видимому, детям легче всего изображать свои чувства красками. Когда они берут пастель или фломастер, они могут представлять всё в более наглядной и характерной форме.

Я попросила девятилетнюю Кэнди нарисовать, как она чувствует себя счастливой и печальной. На одной стороне листа бумаги она изобразила красками абстрактный рисунок (рис, 27), о котором позже сказала: «Я чувствую себя особняком и открыто. Я чувствую себя, словно нахожусь повсюду. Пятна краски — это мои чувства, которые приходят и уходят, это разные чувства, но главным образом приятные». О рисунке на другой стороне листа она сказала, рассматривая свои линии и цвета: «Я ощущаю нервозность, как будто внутри пробегает маленький черный жучок или сороконожка. Эта картина изображает такое состояние, когда я думаю, что нужно отложить решение на утро».

Тринадцатилетний мальчик написал красками очень большую картинку о том, как он чувствует себя после того, как обмочится в постели. Рисунок состоял из больших голубых, черных и серых пятен. Перед тем, как он начал рисовать, я спросила его, каким образом он чувствует это. Он пожал плечами и сказал: «Я не знаю».

Маленькие дети любят рисовать без инструкций. Они становятся очень сосредоточенными, когда распределяют и смешивают краски. Потом они описывают то, что видят, в форме фантастического рассказа. Шестилетний Джон сказал о своей картинке: «Это машина, из которой что-то вытекает. Это трубы, из которых выходит смазка. Это трубы, из которых течет масло. Это горячее масло, и вы не сможете дотронуться до него». Я попросила его побыть в роли этой машины и снова рассказать мне о его смазке. Он энергично это изобразил. «Да,—сказал он,—я забрызгаю маслом всех, кто будет беспокоить меня». Затем он поднялся с места и стал ходить по комнате, согнувшись, вытянув руки, гримасничая, сплевывая и сердито выкрикивая: «Я вам задам! Погодите!». Наконец, он сел на пол рядом со мной и мы поговорили с ним немного о его чувстве гнева.

Другой шестилетний мальчик использовал преимущественно черную краску. Справа, ближе к краю, было небольшое кольцо яркого цвета. Он сказал: «Это нефть и вода. Нефть попадает сюда, а туда попадает вода из океана» (показывая на цветное кольцо). Я предложила ему провести беседу нефти с океанской водой. Он сказал от имени нефти: «Не приближайся ко мне. Я отравлю тебя. Ты получишь всю грязь». Когда я позже спросила его, напоминают ли чем-то нефть и вода его чувства, он сказал: «Эта нефть — тогда, когда я сержусь! Не подходите ко мне, когда я разгневан!». У этого мальчика были по всему телу корочки от расчесов и ранки, которые он наносил себе: до настоящего времени это был для него единственный способ как-то выразить свой гнев. У нас с ним было много занятий с красками и другими средствами, чтобы помочь ему выразить свой гнев, не причиняя себе вреда.

Живопись с помощью пальцев Живопись с помощью пальцев и лепка вызывают сходные тактильные и кинестетические ощущения. Живопись с помощью пальцев относится к числу тех видов занятий, применение которых, к сожалению, обычно ограничено дошкольным возрастом. Такая живопись обладает многими достоинствами. Она успокаивает и расслабляет. Рисующий может сделать пробные рисунки и картины и быстро их стереть. Ему не грозят неудачи, не требуется большого искусства. Он может рассказать какую-нибудь историю по рисунку, который он считает законченным, или рассказать о том, что ему напоминает картина. Я сама делала рисунки пальцами с помощью порошка плакатной краски, смешанного с жидким крахмалом. А разве вы никогда не пробовали рисовать пальцами, используя вазелин, застывший крем или шоколадный пудинг?

Десятилетний Филипп на наших занятиях часто рисовал пальцами. Это был беспокойный ребенок, которому было очень трудно сидеть тихо на занятиях. Он часто толкал других детей, со всеми ссорился, у него отмечались выраженные нарушения двигательной координации. Однако во время рисования пальцами он был поглощен этим процессом, выглядел спокойным и довольным, глубоко дышал. В течение многих занятий по рисованию с помощью пальцев он так и не закончил ни одной картинки. Тем не менее он начал рассказывать мне о своей жизни, о чувствах, которые он испытывал к самому себе, чувстве гнева по отношению к своим родителям и воспитателям.

В конце концов Филипп нарисовал с помощью пальцев законченную картинку. На его картинке было изображено лицо клоуна. Я попросила его рассказать мне какую-нибудь историю об этом клоуне. «Мой клоун заставляет людей смеяться. Каждому он кажется смешным, но сам он чувствует грусть. Он должен разукрашивать свое лицо и надевать смешную одежду, чтобы вызывать смех у людей, но они, возможно, стали бы плакать, если бы он изображал то, что представляет собой в жизни, и каждый сочувствовал бы ему». После этого Филипп впервые смог поговорить об отчаянии, которое он ощущал.

Живопись с использованием ног Живопись с помощью ног? Да, рисунки ногами. Ноги обладают тонкой чувствительностью, но большую часть времени они заключены в обувь, в которой не могут ничего чувствовать. Lynn Pelsinger, консультант по вопросам брака, семьи и детей, использует такую живопись, работая с группами детей в специальных классах школ. Она просит детей снимать ботинки и носки, что, к сожалению, не очень то поощряется в школах, и описывать, как чувствуют себя их ноги теперь, когда они стали свободными. После того, как эта идея усвоена, она просит их рассказать о том, что они могли бы изобразить с помощью ног. Затем она расстилает на полу плотную бумагу и ставит маленький лоток с краской. Она показывает детям, как определить требуемое количество краски и смотреть, что получается при использовании краски. Дети какое-то время упражняются в этом занятии, а затем переходят к рисованию, используя все части ног, прохаживаясь по бумаге, чтобы получилось множество отпечатков, делая изображения с помощью разных пальцев, пяток, боковых поверхностей ступни, пытаясь отметить характерные для каждой ноги различия.

Иногда L. Pelsinger осуществляет постоянное руководство процессом, предлагая детям описывать, что они рисуют, в других случаях дети свободно экспериментируют. Ведро с водой, чтобы вымыть ноги, и полотенце, чтобы их вытереть, все время находятся под рукой. Когда занятие заканчивается, все садятся рядом и рассказывают о своих впечатлениях. L. Pelsinger утверждает, что деятельность никогда не связывается только с руками или ногами. Возникает ощущение успокоения и радости, осознание вовлеченности в особую деятельность, что в условиях школы воспринимается как привилегия.

Существуют различные способы живописи ногами. Дети могут выполнять рисунки индивидуально, делать групповые картинки и фрески. Творчество в процессе группового взаимодействия плодотворно для последующего обсуждения. L. Pelsinger рассказывает о том, как она воспринимает ноги ребенка и обувь после первого вводного занятия и после рассказов детей о своих ногах, ботинках, носках, ходьбе и беге. Она стала обращать внимание на то, как ходят дети. Некоторые из них с рваными носками имели такой вид, словно шагали по стеклу. Дети с неудобной обувью или носками отличались плохим, ворчливым характером; может быть вы тоже это замечали. L. Pelsinger отметила, что после дождя эти дети стали выбирать окольную дорогу, чтобы по пути в школу промочить ноги, поскольку они знали, что в этом случае обувь придется снять. Когда дети заняты рисованием с помощью ног и потом моют их, L. Pelsinger помогает им вытирать ноги полотенцем и заставляет детей вытирать ноги друг другу. Массаж ног, который при этом происходит, может быть приятным и успокаивающим, и детям это нравится (она заметила, что после дождя дети также охотно вытирают голову полотенцем, растирая кожу головы).

Глава 3. Моя рабочая модель

Число методов, облегчающих детям выражение их чувств, при использовании рисования, бесконечно. Независимо от того, что ребенок и я выберем для своих занятий, моя основная цель всегда одна и та же: помочь ребенку начать осознавать себя и существование в своем мире. Каждый психотерапевт находит собственный стиль, собственный путь к достижению равновесия между руководством, направлением занятий в нужное русло, с одной стороны, и следованием туда, куда ведет ребенок,— с другой. Предложения, представленные здесь, предназначены просто для того, чтобы продемонстрировать вам бесконечное количество возможностей, которые вы можете сами свободно и творчески применять. Это означает, что моим предложениям не нужно следовать механически. Работа с ребенком — это процесс, который требует осторожности и деликатности. Процесс, при котором то, что происходит в вашей душе (душе психотерапевта) взаимодействует с происходящим в душе ребенка. Картинки можно использовать бесконечным числом способов и для самых разнообразных целей. Рисование как таковое, даже без какого-либо вмешательства терапевта,— это мощное средство самовыражения, которое помогает осуществить самоидентификацию и обеспечивает путь для проявления чувств. С этого момента психотерапевтический процесс может проходить следующие стадии.

1. Предпринимаются действия, направленные на то, чтобы ребенок делился своими ощущениями, возникающими при рисовании — чувствами, касающимися подхода к выполнению и решению задачи, к самой работе, к процессу рисования. В результате ребенок начинает лучше осознавать себя.

2. Психотерапевт стремится к тому, чтобы ребенок поделился впечатлениями о самом рисунке, описывая картинку присущим ему образом. Это следующий этап осознания себя.

3. На более глубоком уровне самопознание ребенка углубляется благодаря обсуждению вопросов, относящихся к разработке частей картинки, их более четкому выделению, достижению большей ясности путем описания формы, цвета, образов, предметов, людей.

4. Психотерапевт просит ребенка описать картинку так, как будто картинкой является он сам, с использованием слова Я.

Например: «Я — картинка, по всей моей поверхности расположены красные линии, а в середине находится голубой квадрат».

5. Выбираются специфические предметы на картинке, для .того чтобы ребенок их идентифицировал с чем-нибудь: «Будь голубы? квадратом и опиши себя: на что ты похож, каковы твои действия и т. д.».

<<< НазадСодержаниеДальше >>>

medbookaide.ru